Винс прорабатывает тему успеха и платы за него на «Dark Times».
инс, судя по всему, завершает свой контракт с Def Jam, и делает это красиво. Напомним, что пятый диск Стейплса «Ramona Park Broke My Heart» был на момент 2022 года лучшим в карьере, и уже тогда благородная ностальгия стала доминирующим настроением рэпера-реалиста. Никаго ора и трэпа, никакого разрыва аорты, только грамотный нарратив и шум моря в финале, а также биты, мягко проникающие под кожу.
Продолжение начинается тоже благостно — с чириканья птиц и приятного уличного шума, перерастающего в соул-симфонию «Black&Blue» с уютным ретро-органчиком и фанковой гитарой.
Лейблу с этим релизом ловить особо нечего — на прошлом релизе были хотя бы «Lemonade» и «Magic», которые имели место в радиоротации станций Западного побережья, теперь все сбалансировано и ровно. Он может набирать висты только как альбом целиком. Для лейбла не очень круто, для репутации артиста — более чем. Очень похоже на интересный статус Винса, который по известности сильно превосходит героев андеграунда, но при этом не является и звездой, вокруг которой будут простраивать, например, фестивальную программу.
Ожидания от харизматичного Винса у Def Jam, который внешне напоминает не хипстера, каким кажется сейчас по музыке, а Рассела Уэстбрука или просто опасного калифорнийского парня, были иными. Они требовали вернуть на пластинки «голос улиц», а Стейплс вместо этого решил поделиться информацией о данном требовании на «Étouffée». А ему всего-то нужно было пару миллионов и всеобщий респект в Лонг-Бич, о чем он, кстати, довольно подробно рассказывал в своем телешоу на Netflix «Шоу Винса Стейплса».
В целом и карьера Винса — это то еще шоу о том, как уличный подросток и создатель бэнгеров с «Big Fish» за 10 лет повзрослел, находясь на контракте у UMG.
Меланхолическое настроение можно понять — Винс переживает искаженный синдром самозванца, он стал зумером по психотипу, он занял место какого-то иного рэпера, который должен был взрывать улицы. При этом он остался тем самым реалистом, которого нанимали, а за реализм и честность, в принципе, тоже надо хорошо платить. «Тяжело уснуть, когда ты единственный, кто живет в сказке», — сообщает он о своих сомнениях в «Government Cheese».
Сейчас он, кажется, вообще не спит: беспокоится не только о своих дружках, оставшихся тусоваться на улице, но и о девушке, которая не отвечает на его смс.
Но он и в этом находит красоту — теперь Винс ждет прощения под песни Этты Джеймс и Эми Уайнхаус. Довольно изящный вариант кручины, и музыкант так им вдохновлен, что на разные лады исследует это состояние всю вторую половину альбома.
А вместе с ним — и все его слушатели, потому что проникаться этим методично собранным меланхолическим материалом можно бесконечно.
«Dark Times» несмотря на петлю на обложке — самый комфортный для прослушивания на повторе мэйнстрим-релиз года. И, возможно, он благодаря гладкости и удобности станет вторым мэйджор-успехом года после «We Still Don’t Trust You» от Future и Metro Boomin’.
Треки для плейлиста: «Black&Blue», «Radio», «Nothing Matters», «Little Homies».
Продолжение начинается тоже благостно — с чириканья птиц и приятного уличного шума, перерастающего в соул-симфонию «Black&Blue» с уютным ретро-органчиком и фанковой гитарой.
Лейблу с этим релизом ловить особо нечего — на прошлом релизе были хотя бы «Lemonade» и «Magic», которые имели место в радиоротации станций Западного побережья, теперь все сбалансировано и ровно. Он может набирать висты только как альбом целиком. Для лейбла не очень круто, для репутации артиста — более чем. Очень похоже на интересный статус Винса, который по известности сильно превосходит героев андеграунда, но при этом не является и звездой, вокруг которой будут простраивать, например, фестивальную программу.
Ожидания от харизматичного Винса у Def Jam, который внешне напоминает не хипстера, каким кажется сейчас по музыке, а Рассела Уэстбрука или просто опасного калифорнийского парня, были иными. Они требовали вернуть на пластинки «голос улиц», а Стейплс вместо этого решил поделиться информацией о данном требовании на «Étouffée». А ему всего-то нужно было пару миллионов и всеобщий респект в Лонг-Бич, о чем он, кстати, довольно подробно рассказывал в своем телешоу на Netflix «Шоу Винса Стейплса».
В целом и карьера Винса — это то еще шоу о том, как уличный подросток и создатель бэнгеров с «Big Fish» за 10 лет повзрослел, находясь на контракте у UMG.
Меланхолическое настроение можно понять — Винс переживает искаженный синдром самозванца, он стал зумером по психотипу, он занял место какого-то иного рэпера, который должен был взрывать улицы. При этом он остался тем самым реалистом, которого нанимали, а за реализм и честность, в принципе, тоже надо хорошо платить. «Тяжело уснуть, когда ты единственный, кто живет в сказке», — сообщает он о своих сомнениях в «Government Cheese».
Сейчас он, кажется, вообще не спит: беспокоится не только о своих дружках, оставшихся тусоваться на улице, но и о девушке, которая не отвечает на его смс.
Но он и в этом находит красоту — теперь Винс ждет прощения под песни Этты Джеймс и Эми Уайнхаус. Довольно изящный вариант кручины, и музыкант так им вдохновлен, что на разные лады исследует это состояние всю вторую половину альбома.
А вместе с ним — и все его слушатели, потому что проникаться этим методично собранным меланхолическим материалом можно бесконечно.
«Dark Times» несмотря на петлю на обложке — самый комфортный для прослушивания на повторе мэйнстрим-релиз года. И, возможно, он благодаря гладкости и удобности станет вторым мэйджор-успехом года после «We Still Don’t Trust You» от Future и Metro Boomin’.
Треки для плейлиста: «Black&Blue», «Radio», «Nothing Matters», «Little Homies».
(Def Jam Recordings)
