Когда в сердце Нью-Йорк, а маршрут построен от Кремля до Болотки. Альбом-шоукейс от молодого артиста, которой «делает рэпак, чтобы плакали небеса».
Журналист и блогер Артем Распопов преимущественно под нео-бум-бэп в духе 2010-х рассказывает о ночных визитах в Spar, эротически заряженных путешествиях в Нахабино с музой, а также «демонстрирует скилл». Набор флоу автора — это, конечно, не доллар, который понравится всем, скорее наоборот: перед слушателем открывается окно в мир лимоновского «молодого негодяя», который фантазирует, что находится в петербургской парадной и в вечернем Челябинске одновременно.
Знаки коллапса большого города, который сводит с ума впечатлительных авторов и служит здоровым источником вдохновения для взвинченного нарратива, обычно разбросаны по фактическому пути следования — в выбоинах новеньких тротуаров и в приветливых воплях сумасшедших, которые в сумме могут сливаться в волчий вой.
Корни текстоцентричного хип-хопа Артема, очень сосредоточенного на сиюминутном (что позволяет не думать о секундах свысока), можно поискать в творчестве челябинцев «Триагрутрика». Только на «москве-тоскве» флоу и наблюдения идут не от четырех танкоградских индивидуальностей, а из одного хаба — лично от Артема. Таким образом, «я против» суммирует несколько субличностей, но ни об одной из них автор не рассказывает достаточно подробно, чтобы задать слушателю POV наблюдателя.
Отметим, что в реальной жизни Артем позиционирует себя как педагога, преподающего журналистику, однако «москва-тосква» не похожа на репортерскую работу. Видимо, в силу специфики менторской деятельности — что чувствуется, — он преподает мастерство создания эссе с упоминанием Ноггано и Честера Небро или практику создания русского рэпа общими фразами под струнные и грустно-тревожное пианино.
На фитах: Зука, Микола Буин.
Треки для плейлиста: «ни любви, ни мечты, ни радости», «репрезент», «послание в лечебницу», «а у нас в квартире газ».
Знаки коллапса большого города, который сводит с ума впечатлительных авторов и служит здоровым источником вдохновения для взвинченного нарратива, обычно разбросаны по фактическому пути следования — в выбоинах новеньких тротуаров и в приветливых воплях сумасшедших, которые в сумме могут сливаться в волчий вой.
Корни текстоцентричного хип-хопа Артема, очень сосредоточенного на сиюминутном (что позволяет не думать о секундах свысока), можно поискать в творчестве челябинцев «Триагрутрика». Только на «москве-тоскве» флоу и наблюдения идут не от четырех танкоградских индивидуальностей, а из одного хаба — лично от Артема. Таким образом, «я против» суммирует несколько субличностей, но ни об одной из них автор не рассказывает достаточно подробно, чтобы задать слушателю POV наблюдателя.
Отметим, что в реальной жизни Артем позиционирует себя как педагога, преподающего журналистику, однако «москва-тосква» не похожа на репортерскую работу. Видимо, в силу специфики менторской деятельности — что чувствуется, — он преподает мастерство создания эссе с упоминанием Ноггано и Честера Небро или практику создания русского рэпа общими фразами под струнные и грустно-тревожное пианино.
На фитах: Зука, Микола Буин.
Треки для плейлиста: «ни любви, ни мечты, ни радости», «репрезент», «послание в лечебницу», «а у нас в квартире газ».
(Саппорт Музыка)
